Борис Березовский и Российский национальный оркестр исполнили Концерт № 3 Рахманинова и Концерт № 2 Шостаковича без дирижёра. Эверест взят. Что дальше? 

Пианист Борис Березовский
Пианист Борис Березовский

Пианист Борис Березовский и Российский национальный оркестр, исполнив Концерт № 3 Рахманинова и Концерт № 2 Шостаковича без дирижёра, совершили профессиональный и творческий подвиг. 

Скепсиса по поводу исполнения без дирижёра одного из сложнейших сочинений мирового фортепианного репертуара, каким считается рахманиновский шедевр, было навалом. Скептиков интересовали вопросы: «Можно ли играть 3-й Рах без дирижёра?» Второй вопрос: «И вообще зачем?» В искусстве нет понятий «можно» и «нельзя». Импрессионисты не спрашивали у представителей академической школы живописи разрешения на отражение мира путём нанесения на холст точечных изображений. Художник в любом виде творчества имеет право на эксперимент. Зачем играть без дирижёра? Тоже хороший вопрос. Действительно, зачем покорять Эверест? Можно полежать дома на диване. Пианист Борис Березовский не ищет в жизни лёгких путей. У него, как у барона Мюнхгаузена, каждый день по расписанию в 10:00 после завтрака запланирован подвиг. 

Чудо на репетиции 

Я присутствовала на третьей по счёту репетиции, состоявшейся перед началом концерта. В воображении возникла картина: вот сейчас на сцене КЗЧ соберутся оркестранты и будут приветствовать смычками пришедшего позже всех звёздного солиста. Всё вышло с точностью до наоборот: первым на пустую сцену вышел Борис Березовский. Разыгрался, посоветовался с настройщиком, повторил молниеносные пассажи из рахманиновского концерта и почти с каждым из пришедших оркестрантов поздоровался за руку. Постепенно на сцене собрался весь оркестр, и начался обычный рабочий процесс – монотонный и скучный для публики. В сложных местах останавливались, обсуждали, как сыграть точнее, снова играли и снова останавливались… Мне можно было пожалеть о потраченном времени: репетиция как репетиция, каких в моей жизни были тысячи. После перерыва начали играть Шостаковича и тут… свершилось чудо! Какой это был дивный, чудный, игривый и нежный Шостакович! С певучестью и мелодичностью, казалось бы, не свойственной композитору. Концерт № 2 прозвучал свежо, пронёсся радостно и легко, словно взбалмошный порыв весеннего ветра. Музыкантам удалось главное – передать характер сочинения, которое они исполнили с пионерским задором, лёгким сарказмом и ироничной издёвкой над советским официозом с его бодрыми и ложно-оптимистическими маршами. Взяв верный темп, нигде не разошлись по вертикали, сыграли с профессиональной точки зрения безукоризненно, идеально! Радуясь за солиста и оркестрантов, хотелось кричать «браво», но поскольку в зале присутствовала я одна, пришлось оставить эмоции при себе. 

Чего нет в видеозаписи? 

Слово «дирижёр» в программе концерта отсутствует: названы только оркестр и солист. Пианист вышел на сцену одновременно с оркестрантами и занял своё место за роялем. Никаких торжественных церемоний: парадного выхода, предусмотренных этикетом поклонов солиста и преждевременных аплодисментов со стороны публики, обожающей своего кумира. В видеозаписи концерта выход музыкантов на сцену не зафиксирован, а жаль. Своим скромным появлением вместе с другими оркестрантами Березовский передал по-режиссёрски точное послание: дескать, я такой же музыкант, как и все остальные, я вместе с ними. И они действительно объединились, чтобы взойти на вершину концертно-симфонического искусства – Третий фортепианный концерт Рахманинова. В одном из интервью Борис назвал это сочинение в числе сложнейших из того, что ему довелось сыграть в жизни, а уж Березовскому опыта не занимать. 

Лучше, чем театр 

И вот даёт ауфтакт первая скрипка Ольга Чепижная, исполнившая 18 января 2019 года роль концертмейстера оркестра и проявившая себя поистине героически. По ней опосредованно через концертмейстеров групп ориентировались восемьдесят оркестрантов, а она взаимодействовала непосредственно с солистом. Их контакт – человеческий и творческий – сыграл глобальную роль. Интересно было наблюдать за тем, как солист переглядывался с концертмейстерами групп, как они кивали друг другу, улыбались в знак одобрения и поддержки, как волновались, как трепетно и чутко воспринимали каждое движение партнёра, каждую паузу, каждый вздох… На обычных концертах такого не увидишь. Игра в «переглядки» позволила справиться с водоворотом бесконечно меняющихся темпов, ускорений-замедлений и люфт-пауз, которые невозможно просчитать – можно только прочувствовать. Наблюдать в этот вечер за музыкантами было интереснее, чем за артистами в театре, потому что каждая эмоция была сиюминутной, выстраданной и настоящей. Да, оркестрантам пришлось сложно. Но кто сказал, что восхождение на Эверест будет лёгким? Итак, взлетает в воздух смычок первой скрипки, а у меня перехватывает дыхание: только бы этот эшелон тронулся в нужном темпе – не медленно, но и не слишком быстро, а уж дальше они доедут до финала на профессионализме и мастерстве. Образ Третьего рахманиновского концерта ассоциируется у меня исключительно с поездом, железнодорожным полотном, квинтовым стуком колёс в литаврах и долгой дорогой композитора-странника, репетировавшего в вагоне на беззвучной клавиатуре… 

Как они сыграли! Мурашки по коже. С честью одолели бесконечное rubato, непредсказуемые ritenuto, запланированные ritardando, accelerando… Они вместе дышали и чувствовали друг друга нутром. Послушайте запись: в 18 такте от начала автором, правда, прописано ritenuto a dimimuendo. Но как точно сыграли! Будто один человек… Остаётся лишь изумляться их музыкальной интуиции и профессиональному опыту. 

Невозможное возможно 

Если говорить о моих личных ощущениях, то, когда вышли на коду, стало грустно. Такая печаль настигает обычно в конце хороших киносериалов, таких как «Семнадцать мгновений весны». Ты привыкаешь к героям, уже любишь их, как родных, и вот… пора расставаться. И от этого хочется плакать. Музыканты всё ближе к финальному аккорду, через минуты они доиграют и… всё закончится. Хотелось продлить этот миг, остановить мгновение, настолько оно было прекрасно! 

По гамбургскому счёту хотелось услышать ещё больше контрастов в части динамических оттенков. Мы-то знаем, как может развернуться РНО во всю свою симфоническую мощь! Да и возможности пианиста Бориса Березовского в области нюансировки поистине безграничны. Внимание музыкантов было сконцентрировано на безбрежном океане рахманиновской агогики, преодолеть которую они смогли, превратившись в гигантский, слаженный, чуткий ансамбль. Будь у них ещё две-три репетиции –достигли бы большей яркости, смелости и абсолютной свободы в динамике. Впрочем, недостаточное количество репетиций – вопрос не творческих возможностей музыкантов, а организации репетиционного процесса. За три репетиции Березовский и поверившие в его смелую идею оркестранты РНО совершили невозможное: сыграли архисложное произведение более чем достойно. 

Концерт № 2 Шостаковича во втором отделении прозвучал замечательно. Но на прогоне перед концертом они сыграли ещё лучше! Теперь можно сколько угодно доказывать это словами: запись во время репетиции, увы, не велась, поэтому остаётся лишь поверить на слово. В свидетелях у меня только Березовский и Российский национальный оркестр. 

Лирическая II часть Andante, исполнявшаяся в этот незабываемый день трижды – на прогоне, в концерте и «на бис» – явила собой подлинное совершенство и стала лучшим, что все услышали в этот вечер. Всю свою пронзительную нежность, хрупкость и ранимость, всю свою любовь к музыке Борис Березовский и оркестранты РНО вложили в этот пятиминутный фрагмент. Это было гениально. Любые слова бессильны. Слушайте запись. 

Александр Владимирович Чайковский, художественный руководитель Московской государственной филармонии, композитор, пианист, профессор Московской государственной консерватории. 

Как вы прокомментируете то, что мы сегодня услышали? Задолго до концерта бурно дискутировали на тему: можно или нельзя исполнять Третий концерт Рахманинова без дирижёра? 

Не понимаю, о чём тут дискутировать: в искусстве нет слова «нельзя». Хотя в данном случае… Действительно, одним можно, а другим нельзя (смеётся). Ну, а если серьёзно, рискованный выбор – Третий концерт Рахманинова. Его и с дирижёром-то сыграть непросто. Однако справились же! Чтобы одолеть такой сложный материал, нужны априори высочайшего класса музыканты и огромное количество репетиций. Представьте, если бы сегодня на сцену вышли музыканты любой областной филармонии и с трёх репетиций решили бы сыграть это сочинение, да ещё и без дирижёра. Получилось бы у них? Ничего подобного. Сегодняшний, во многом экстремальный опыт, удался благодаря тому, что в нём участвовали РНО, в очередной раз подтвердивший качество оркестра мирового уровня, и такой уникальный солист, как Борис Березовский. 

Такой, в общем-то ожидаемый результат, получился не спонтанно. Оркестранты РНО воспитаны многолетней работой, в том числе и с дирижёрами, с которыми они играли тот же Третий концерт сотни раз! И основал оркестр выдающийся музыкант, дирижёр и пианист Михаил Плетнёв, который и сам порой одновременно солирует и управляет своим коллективом. Подобные опыты возможны, пожалуй, ещё с первоклассными музыкантами ГАСО им. Светланова, оркестра Мариинского театра и ещё двух-трёх российских коллективов очень высокого уровня. 

Главную тему Третьего концерта Рахманинова птички чирикают на каждой ветке – настолько он известен, поэтому удивить публику сложно, а обмануть профессионалов и вовсе невозможно. Вы видели, как оркестранты напряжённо вслушивались друг в друга?! И какая была максимальная концентрация внимания. Когда играют «под руку», такого не происходит, а сегодня дирижёрской руки не было, поэтому они вынуждены были играть с особенно трепетным отношением и к партнёрам, и к музыке. Отсюда возникли любопытные, интересные, новые оттенки в трактовке давно знакомого нам сочинения. Некоторые фрагменты прозвучали действительно необычно, оригинально, свежо. А как они самостоятельно делали все эти ускорения-замедления – именно там, где нужна рука дирижёра! Превратились в гигантский камерный ансамбль. Ну просто молодцы! При традиционном исполнении таких музыкальных открытий не произошло бы… А медленная часть в концерте Шостаковича какая изумительная… И музыка феноменальная, небесная, и сыграли фантастически. По звуку волшебно, прозрачно – само совершенство. И зачем там дирижёр? Достаточно слушать друг друга. Вот когда исполнено так (!), никаких вопросов не возникает. 

Значит, вопросы к исполнителям всё же есть? Или всё идеально, придраться не к чему? 

Придраться при желании можно всегда. Сегодня из-за нарушения акустического баланса не так ярко прослушивалось соревнование рояля с оркестром. Ведь диалог солиста с оркестром – суть любого фортепианного концерта. Рояль находился внутри оркестра и потому был слышен публике не в той степени, на которую рассчитывал Рахманинов. Мы-то знаем, на какую мощную лавину звука способен Березовский. Поэтому, думаю, в отношении расположения солирующего инструмента нужно ещё поискать, попробовать разные варианты месторасположения рояля. Но это проблема исключительно акустического порядка. 

Мы действительно на пути к тому, что рано или поздно профессия дирижёра исчезнет? 

Не исчезнет. Сегодняшний эксперимент интересен, но его нельзя, да и невозможно возвести в правило. Потому что есть сочинения, с которыми этот номер не пройдёт. Попробуйте-ка сыграть без дирижёра концерты Лютославского, Шёнберга, Концерт № 2 Прокофьева или, скажем, «Дон-Кихот» Рихарда Штрауса. Это нереально хотя бы потому, что в партиях встречаются настолько трудные, виртуозные места, что музыкант должен думать только о том, как сыграть свои пассажи, но уж точно не о том, когда ему вступить! Оркестрант не должен, отсчитывая такты, следить за переходом с одного метра на другой – это задача дирижёра. А уж освоить новое сочинение современного автора без музыкального руководителя и вовсе невозможно. 

Нет, по большому счёту сыграть без дирижёра можно всё, что угодно, только репетировать придётся год! В условиях современной концертной практики это недопустимо. А экспериментировать имеют право лишь выдающиеся музыканты. Как говорится, что дозволено Юпитеру – не дозволено быку. Солист такого масштаба, как Борис Березовский, иногда (!) имеет право на поиск и даже риск. Сегодня пианист вместе с РНО продемонстрировали свой огромный творческий и профессиональный потенциал, а публика получила свою вишенку на торте. Все были заинтригованы: получится или нет?! Получилось. 

Видеозапись концерта 18 января 2019 года в каталоге видео на сайте www.melonam.ru 

Ссылка на запись концерта: https://meloman.ru/concert/kzch-01-18-2019/ 

Автор: Лилия ЯЩЕНКО